Срез недели: Надолго ли «шатун» Михо и почему борьба за медреформу только начинается

Срез недели: Надолго ли "шатун" Михо и почему борьба за медреформу только начинается

Палатки под Радой. Фото: «Вести»/Константин Гришин

Неделя выдалась богатой на события. Пока в палаточном городке под Радой обсуждают, как удерживать интерес к протестам, в Минздраве имени Ульяны Супрун открывают шампанское: «рамочный» закон, отменяющий гарантии оказания бесплатной медпомощи, принят в целом.

Протесты от Михо

Четыре дня протестов под Радой проявили метаморфозу акции – от мирного митинга с разнообразием флагов, городскими сумасшедшими и выплатой «майданных» гонораров до полувоенного палаточного городка с четкой субординацией и задачами. Требования пока остались неизменными (хоть они по-прежнему и не находят отклика у широкой аудитории):

  • снятие неприкосновенности с депутатов,
  • введение института антикоррупционного суда,
  • новое избирательное законодательство.

Но эксперты ждут расширения этого перечня: от назначения перевыборов Верховной Рады/президента до проведения масштабной политреформы (передачи части полномочий от президента парламенту и, соответственно, расширение полномочий премьер-министра).

Реакция самого главы государства была двойственной. С одной стороны, он благодарно поднял поданную тему неприкосновенности, оперативно внеся в парламент соответствующий проект закона (правда, снимающий неприкосновенность лишь с 2020 года, то есть уже со следующего созыва Рады). С другой, на Банковой обеспокоены происходящим, поскольку «шатун» Саакашвили явно надолго, и он в любой момент может выйти из-под контроля. Этим отчасти объясняется беспрецедентное количество полиции и Нацгвардии в правительственном квартале, а также техническая оснащенность силовиков.

Понять страх власти можно, поскольку протестный потенциал приближается к 70% (людей явно не устраивает происходящее в стране). А со сцены уже прозвучали слова о «выносе коррумпированных козлов» (пока, правда, без конкретизации).

Понять, кто стоит за протестными акциями, можно, если посчитать кому выгодна дестабилизация. С одной стороны, это радикальное крыло Республиканской партии США (сам Саакашвили сейчас, по некоторым данным, тесно опекается сенатором МакКейном – а у него свое видение развития Украины, отличное от Дональда Трампа). С другой, украинские олигархи, недовольные линией Петра Порошенко на «закручивание гаек». В частности, называют фамилию Игоря Коломойского, у которого не получилось провести результативные переговоры по спасению собственной группы «Приват» (сейчас он рискует потерять остатки бизнесов, связанных с банком, в том числе такие «жемчужины» империи Коломойского, как горнолыжный курорт «Буковель» и авиакомпания МАУ). Есть, разумеется, недовольные и среди приближенных к власти олигархов «новой волны»: собеседники, близкие к отдельным депутатам от БПП, убеждены, что в «легком раскачивании» лодки Петра Порошенко так или иначе заинтересовано большинство его бизнес-партнеров.

Однако больше всего протесты сейчас выгодны… главе МВД Арсену Авакову и его партнеру Александру Турчинову. Для них протесты – возможность отступить от темы отставки Авакова (еще в конце лета ее рассматривали как вероятный сценарий по ослаблению его влияния) и выставить Петру Порошенко собственный сценарий, в который, в частности, может вписываться и та самая политреформа с перераспределением полномочий, о которой говорят эксперты.

И у власти вовсе не всегда будет получаться нивелировать протесты (как, например, в четверг, когда Рада проголосовала за направление в Конституционный суд двух проектов закона о лишении депутатов неприкосновенности).

Естественный отбор

«Шатание» под Верховной Радой и история с законопроектами по лишению депутатов неприкосновенности стали, по сути, идеальным прикрытием для принятия еще одной реформы власти – медицинской. Рада приняла ее с 4-й попытки (в I чтении проект был принят еще 8 июня, и сейчас Рада проработала почти 900 поправок, главными двигателями которых были противники платной медицины в нынешнем виде – депутаты Ольга Богомолец и Олег Мусий). В итоге в решающий момент голоса за медреформу дала фракция Радикальной партии: депутатские группы «Видродження» и «Воля народа» голосовали вяло (хоть последняя в итоге дала дюжину голосов, но чашу весов склонила не она).

Проект де-факто отменяет гарантии оказания бесплатной медпомощи, и сегодня единственной нормой, гарантирующей «право на охрану здоровья», является ст. 49 Конституции. Теперь из госбюджета будет финансироваться только первичная медпомощь (плюс «гарантированный пакет медуслуг» – экстренная и паллиативная помощь), все остальное становится платным.

Конечно, решение противоречит Конституции. Конечно, оно было принято с нарушением Регламента (то есть, по сути, может быть отменено) – и, как метко заметил эксперт по медицинской тематике Дмитрий Подтуркин, «борьба вокруг медреформы только начинается». Однако проект принят, и теперь полной отмены его уже не будет. Страна входит в новый, циничный, период своего развития, когда прежние, постсоветские гарантированные права граждан отходят в прошлое. И вместо силы права теперь будет доминировать право силы – ведь выживает, как известно, сильнейший.

Дорожно-транспортный скандал

Еще одна важная тема – последствия от трагичного ДТП в Харькове, в результате которого погибли пять пешеходов. Тут переплетаются сразу несколько тем. Во-первых, это идея ужесточения правил поведения на дорогах (с предложениями «закрутить гайки» водителям, снизив скорость передвижения в городах до 50 км/ч и усугубив контроль, уже выступили глава Мининфраструкутры Владимир Омелян и министр внутренних дел Арсен Аваков).

Во-вторых, тема «мажоров» (по стечению обстоятельств, авто, спровоцировавшее трагедию, управлялось 20-летней падчерицей местного бизнесмена, за которой и раньше числились «грехи» в виде нарушения ПДД). Ведь за всю современную историю Украины случаев, когда бы сын/дочь/приближенный к высокопоставленному человеку понес реальное наказание, нет. Во всех резонансных ДТП – от Александра Омельченко (экс-мэр Киева совершил минимум два летальных ДТП) и Сергея Калиновского (приемный сын олигарха Дмитрия Фирташа врезался в припаркованное авто в июне 2007 года) до последних – со львовским бизнесменом Петром Дыминским и сыном нардепа Нестора Шуфрича – виновники несут символическое наказание либо вовсе его избегают.

В-третьих, всплывет тема адекватности наказания для тех, кто виновен в смертях: максимальное наказание, которое ждет девушку по закону, – 10 лет лишения свободы, что явно не может считаться равноценным гибели пятерых пешеходов.

ВАШ КОММЕНТАРИЙ: